Главная » Моя литература
« 1 2 3 »

Алекс едва успел заскочить в электричку. С грохотом  сомкнулись двери за спиной. В динамиках затрещал голос машиниста:
- Поезд идет до станции Ожерелье. Платформы Чертаново, Калинина, Ленинская проследует без остановки.
Пассажиров было немного. Алекс прошёл два вагона, а в третьем занял место у окна, напротив симпатичной девушки в мини-юбке. Уставился в окно, искоса поглядывая на незнакомку.
Мимо пробегали московские улицы, дома... Солнце уплывало в спальные окраины. В раскрытые окна била вечерняя бензиновая свежесть города. 
Незнакомка достала из сумочки маленький пёстрый томик  и погрузилась в чтение. Закинула ногу на ногу так, что у Алекса захватило дух. Юбка чуть задралась, сквозь черный капрон колготок туго проступали девичьи бёдра.
В висках застучала кровь. Ей было лет двадцать, наверное. Студентка… 
- Меня зовут Алекс, - не вытерпел он.
- Что? - девушка оторвалась от книги и рассеянно взглянула на попутчика.
... Читать дальше »

Категория: Моя литература | Просмотров: 48 | Дата: 12.06.2012 | Комментарии (0)

Пролог
С тех пор как померла бабка Настя, изба её пустовала. Гнила себе потихонечку на самом краю Грязнухи. Никто не тревожил её ветхий покой. Лишь по ночам сквозь дыры, пробитые в крыше метеоритными дождями, в избу заглядывали звёзды, пугая осиротевших тараканов, копошащихся под обрывками старых газет.
Так было много лет.
Но однажды - это случилось промозглым осенним вечером - пригородный автобус привёз в деревню бабки Настиного троюродного племянника Генриха и его супругу - выпускницу Художественной академии г. N-ska Настю (тёзку бабки Настину). 
На следующее же утро каждый житель Грязнухи каким-то странным образом уже знал краткую биографию появившейся в деревне молодой четы. А главное, был в курсе причины, вынудившей Генриха и Настю в спешном порядке покинуть N-sk и перебраться в Грязнуху. Причина эта заключалась якобы в том, что Генрих учредил в N-ske с четырьмя своими товарищами рекламно-информационный вестник «Купецъ». И что, мол, товарищи эти оставались товарищами ровно до того момента, пока «Купецъ» не начал благодарно обсыпать их талантливые головы ассигнациями довольно крупного достоинства. Алчность, до какой-то поры надёжно запертая в творческих душах журналистов, втянув ноздрями мускус большого капитала, вырвалась на свет божий. Смысл жизни каждого из четырёх товарищей Генриха свёлся к борьбе за единоличный контроль над прибылью «Купца». Генрих же в виду своей патологической интеллигентности, осложнённой к тому же комплексом хронической порядочности, был абсолютно не приспособлен к ведению интриг и междоусобиц. Он и заметить не успел, как: а) с треском вылетел из состава соучредителей созданной им газеты; б) лишился надежды на материальную компенсацию за свою трёхкомнатную квартиру и машину, трансформировавшиеся некогда в стартовый капитал для газеты. ... Читать дальше »

Категория: Моя литература | Просмотров: 32 | Дата: 10.06.2012 | Комментарии (0)

Блэку приснился кошмарный сон. Блэк проснулся и вспомнил, что сегодня ровно год, как он увидел её впервые. 
Белые-белые волосы стекали на плечи... Белые-белые плечи с нежнейшим розовым отливом. Он ел такое мороженое. Зубы так приятно ломило. Но больше привлекали глаза. Немного Вселенной, немного льду, битое стекло, искусственный хрусталь с люстры на кухне. И тушь. Чёрная. Она любила контрасты: белое – чёрное. 
Три месяца она о нём не знала. Те три месяца, которые он уже о ней знал. Потом он решился. Письмо передал сам. Рождённое ночью. В ночи. А когда с берёз спорхнули листья и начались холода, он пришёл снова.
Магазин. Прилавок. Ещё можно убежать. Ближе. Назад! Она пристально смотрит. Ошиблась. Не узнала. Не догадалась. Привет. Привет! Поздно. Улыбка. Взаимно. Гм... Я… Ты… Спасибо за письмо.
Спасибо… Письмо… Не надо было его писать. Её встретили на машине. Бар уже открылся. Он тоже любил бар. В его квартире имелся великолепный бар. Маленький бар на стене. Пустынный. Совершенно пустой. В тот же вечер он выбросил... ся, выбросил его из окна. Позвонил бывшей жене, но трубку взял мужской голос. Голос требовательно повторял: «Алло, алло, почему вы… алло, безобразие, алло, сколько можно, кто говорит, алло, выбросьте из головы, вы...». Блэк положил трубку. Но голос навязчиво продолжал: «Безобразие, у нас будет ребёнок, это безобразие, почему вы молчите? Кто говорит, почему молчите? Наш брак...» Брак…
Брак – брак. ... Читать дальше »

Категория: Моя литература | Просмотров: 35 | Дата: 09.06.2012 | Комментарии (0)

Тонкие, чувствительные пальцы бывшего лета вздрогнули от прикосновения к занавесу осеннего дождя. Холодно. Оно так не любило холод. Острые ноготки вспороли серебряное полотно. Занавес разошелся надвое. «Нет, - решило бывшее лето, - пожалуй, дождь нужно убрать совсем, он такой зануда, такой холодный, бесчувственный». И откинуло занавес на облака. Облака нахмурились и хотели было заплакать. Корчились-корчились, пытаясь выдавить из глаз слёзы, но безуспешно. Тогда облака решили просто презреть бывшее лето и молча, с чувством уязвленного самолюбия уплыли на Север. Глядя на их надутые физиономии, бывшее лето громко рассмеялось. «Глупые», - подумало оно.
Спустившись с небес на землю, бывшее лето поразилось переменам, случившимся за время своего отсутствия. Всё вокруг - и деревья, и кусты, и травы -  стало ещё более пёстрым и разноцветным. Но всё было таким холодным, увядающим… 
- Ну что же ты остановилась? - бывшее лето обернулось к своей спутнице, которая безмолвно следовала позади так, что до сих пор оставалась незаметной. - Иди. 
Та замерла в нерешительности, а потом, плотнее укрывшись от посторонних глаз в длинный чёрный плащ с капюшоном, ответила тихим, чуть хрипловатым голосом:
 -  Нет, лучше дождёмся ночи. 
... Читать дальше »

Категория: Моя литература | Просмотров: 31 | Дата: 07.06.2012 | Комментарии (0)

Василий Помидоров пребывал в отчаянии. Несчастье постигло его семью. Он ходил взад-вперед по комнате и бормотал бессвязные, а иногда просто неприличные фразы.
 - Я разорен, ё-моё, ***. (Звёздочками здесь и далее обозначены слова и фразы, которые я счёл особенно неприличными. Прим. автора).
 - Твою ***!
 - *** мать!
 - *** !
Ой-ой-ой! Благоразумнее оставить Помидорова на время, пока сей приступ бешенства не пойдёт на убыль, не то мы такого наслушаемся! Любопытно, что же вывело его из равновесия?
А случилось вот что: у Помидорова стащили... помидоры. Представьте себе! Все три теплицы выпотрошили в буквальном смысле слова. И это стало последней каплей в его Великой Чаше Терпения. Начало конца наступило месяц назад, когда картофельные клубни приняли мало-мальское промысловое значение. Некто по ночам стал аккуратно прореживать грядки. Затем в оборот пошли морковь, свёкла, зелень и, наконец, помидоры. 
... Читать дальше »

Категория: Моя литература | Просмотров: 35 | Дата: 04.06.2012 | Комментарии (0)

Над городом покачивались тяжёлые от влаги тучи и плакали жалобно и нудно. Может быть, их так растрогал водитель-дальнобойщик, что замер с протянутой рукой в конторе одного небольшого предприятия, а может быть, они просто выполняли свою скучную обязанность. Никто не знал этого, да никто и не хотел знать, все жители города либо работали, либо решали неотложные дела, потому что был понедельник.
«Денег нет и не будет!» – больно резало глаза (так, что у некоторых они начинали слезиться) объявление, надолго и намертво приклеенное к кассе. А ниже имелась приписка: «И подтоварки тоже» за подписью кладовщицы Тихонравовой. У этой самой кассы, у крохотного закрытого окошка, прорезанного в стене, четыре часа назад расположился одинокой восковой фигуркой тщедушный водитель. И, удивительно, какие упрямые бывают люди: трижды за это время он попадал под шквал матерной брани в свой адрес, дважды его пытались вытолкнуть из конторы взашей, а один раз даже грозились, было, уволить, а он всё стоял и стоял молча. Лишь протянутая рука со скрюченными узловатыми пальцами конвульсивно вздрагивала в надежде на людское милосердие. 
– Ты ещё здесь, Валерьяныч? – забрюзжала вышедшая из кабинета пожилая кассирша.
... Читать дальше »

Категория: Моя литература | Просмотров: 30 | Дата: 03.06.2012 | Комментарии (0)

– Ой, – сказал Татарский, – он, кажется…
– Обосрался, – констатировал Азадовский,
окуная в клей зажатую в пинцете 
бриллиантовую снежинку, – это он от радости…
В. Пелевин «Generation «П». 

Главный закон реформы здравоохранения «О свободном применении эвтаназии» был, наконец, принят. Две трети нижней палаты парламента проголосовало «за». Для автора закона – Степана Михайловича Милосердова это означало абсолютную победу, триумф. Событие тут же облетело страну в специальных выпусках новостей, вызвав всеобщее ликование. В стране появился новый национальный герой.
Покинув зал заседаний, новый национальный герой Милосердов, уставший от многочасового напряжённого волнения, ощутил вдруг приступ внезапного голода. Приступ был настолько сильным, что тело Милосердова забилось в судорогах. «Это нервное»: подумал Милосердов и торопливо зашагал в буфет. В буфете Милосердов жадно съел две дюжины бутербродов с чёрной икрой, запив их не менее чёрным, чем икра кофе. «В чёрном-чёрном городе жил чёрный-чёрный человек…»: навязчиво и некстати запрыгали в голове Милосердова слова из детской страшилки. «К чему бы это? – испуганно напрягся Милосердов, – нервы шалят, сегодня напьюсь…» 
... Читать дальше »

Категория: Моя литература | Просмотров: 34 | Дата: 01.06.2012 | Комментарии (0)

I.
Выгрузившись из душного рейсового автобуса «Тында – Восточный», мы с сыном пересекаем два железнодорожных полотна и минут через пять оказываемся на пыльной гравийной дороге, ведущей к Колхозным озёрам.
Нас обступает светлая берёзовая тайга, одетая в нежно-зелёное платье, от которого пахнет духами. 
Полкилометра идём вдоль одного из самых длинных озёр – Кругового (его ещё называют Большое) – и сворачиваем на маленькое безымянное озерцо. Здесь делаем привал, настраиваясь на долгий шестикилометровый переход, и идём дальше. Узкая тропинка приводит нас к дачному посёлку. Дачи на Колхозных озёрах выглядят убого и жалко. Большинство из них брошены. Домики и вагончики в виду многолетнего отсутствия хозяев сломаны и разграблены. Заборы покосились, а кое-где и вовсе рухнули вместе с подгнившими столбами. Огороды затянуло бурьяном и мхом. На месте некоторых строений – чёрные лишаи пепелищ… 
Дачи здесь начали строить в начале девяностых. Мне представляется, что начиналось всё так. Приехала как-то в выходной день компания на машине. Достали складной дюралевый стол и стульчики к нему, нажгли углей в мангале, нажарили шашлыков. Выпили. Закусили. И вдруг один из отдыхающих обвел глазами окрестности, брызнул слезой и, умилительно всплеснув руками, произнёс: «Воздух-то до чего свежий! И природа такая! Дачку бы здесь поставить. И огородик разбить…» Ну, и поставил. А за ним и другие потянулись.
... Читать дальше »

Категория: Моя литература | Просмотров: 40 | Дата: 31.05.2012 | Комментарии (0)

Очень трудно найти причину,
Чтобы взрослый мужчина плакал.
Вы простите меня, мужчины, –
У меня умерла собака…
И. Трояновский.

Я ждал собаку десять лет. Ждал, не решаясь завести её по многим причинам. Одна из них, самая главная – отсутствие своего двора, где можно сделать вольер, потому что лайку лучше держать в вольере на улице. Были и другие причины – маленькие дети и работа, которые занимали почти всё время. Я боялся, что не смогу уделить четвероногому другу достаточного внимания, и он вырастет глупой и бестолковой псиной, каких много.
Но дети, как это обычно бывает, незаметно стали взрослыми и после школы разъехались продолжать учёбу в большие города. Работа стала более размеренной, предсказуемой и уже не отнимала столько времени и сил. Моя работа – это небольшое рекламное агентство, в штате которого всего-то два человека – я и жена.
Двора своего у меня, правда, не появилось. Я по-прежнему живу в небольшом деревянном одноэтажном бараке на самом краю города. Квартира расположена в центре дома, а прямо возле крыльца проходит дорога, которая не даёт мне поставить забор.
... Читать дальше »

Категория: Моя литература | Просмотров: 78 | Дата: 28.05.2012 | Комментарии (0)

I.
…Только что проехали Кувыкту. Вагон почти пустой, кроме нас с Максом ещё два пассажира где-то в дальнем купе. Холодно. Сквозняк, словно мышь, шелестит на полу обёртками от печенья и конфет. Прислонясь головой к стеклу, смотрю в окне чёрно-белый фильм. В нём всё просто: засыпанные снегом сопки, лиственницы, похожие на спички, воткнутые тут и там в сугробы, замёрзшие речушки с дымящимися полыньями на перекатах и солнце, то прячущееся за сопки, то снова появляющееся из-за них, маленькое, жёлтое, северное солнце, уже подыскивающее себе для ночёвки глухой, укрытый от людских глаз таёжный распадок. 
Я мог бы считать себя счастливым: я возвращаюсь домой… то есть, в свой город. Но я устал. Усталость нейтрализует ощущение счастья и восторга, которые обычно сопровождали мои предыдущие возвращения. Я устал от трёх пересадок с поезда на поезд, от ночёвок на вокзале в Тайшете и в подъезде пятиэтажки в Северобайкальске. Я устал от четырёхлетних скитаний. Москва, Кашира, Абакан… Города, города… Проспекты, автомобили… «В них женщины проносятся с горящими глазами, холодными сердцами, золотыми волосами…» Города, города… Борьба за существование, за право есть вкусную пищу, обладать красивой женщиной. Обычная, в общем-то, жизнь без романтики, любви, верности, дружбы. Обычная, обыденная жизнь… от которой я безумно устал.
– Тында! Серёга, смотри, Тында! Я первый увидел! – Макс радостно трясёт меня за плечи, хлопает по спине. – Вот она – красавица наша.
– Тында, – улыбаюсь я. ... Читать дальше »

Категория: Моя литература | Просмотров: 44 | Дата: 19.03.2010 | Комментарии (0)

1-10 11-20 21-25